Мы ходим на тои, потому что выработался коллективный иммунитет, - министр здравоохранения А.Бейшеналиев. Интервью

«Здоровье» (АКИpress) — Министр здравоохранения Кыргызской Республики Алымкадыр Бейшеналиев в интервью АКИpress рассказал, когда он проводит реформы, как добывает деньги на зарплату врачей, о коллективном иммунитете и почему его могут снять с должности.

- Сколько денег вы планируете сэкономить после оптимизации?

- Смотрите, при предыдущей оптимизации мы подняли с 1 апреля заработную плату семейным врачам на 100% за счет сэкономленных 1 млрд сомов. Из бюджета ничего дополнительно не получали.

- Как удалось сэкономить 1 млрд?

- Это были приписки по системе раннего выявления заболеваний. Одним словом, махинации. Деньги получали 20-30 руководителей Центров семейной медицины (ЦСМ). Они научились выявлять беременных женщин, выявлять больных туберкулезом. Они звонили друг другу. Например, я звоню одному и говорю: «Анара забеременела». Он звонит другому. Все мы пишем «раннее выявление беременности Анары». Все пошло, пошло, 5-6 человек пишут. Есть случаи, когда все село забеременело.

Все начали болеть сахарным диабетом, гипертонической болезнью. За каждый выявленный случай ранней диагностики идет надбавка.

За год я провел много реформ. Я провожу реформы, когда журналисты отдыхают. 10 января 2021 года я провел большую реформу, отголоски которой будут длиться годы и которую нельзя будет повернуть вспять. Я отменил программы «Манас», «Манас таалими», «Ден соолук», на которые были потрачены миллиарды долларов. Очень много людей и экспертов работали, чтобы разрушить нашу систему здравоохранения. Это они назвали реформами.

От Советского Союза нам осталась система, где существовала преемственность территориальной больницы, рядом поликлиника, детская поликлиника, сельские пункты. Они все разрушили и открыли маленькие медицинские учреждения. Из поликлиник сделали ЦСМ, в больницах сократили койки. В районе было пять семейных врачей, а больной не знал куда идти. Врач не мог отправить на УЗИ в территориальную больницу, потому что там не было аппарата. А скорая помощь вообще была в другом месте, сама по себе.

11 января я подписал приказ, которым оставил 200 главврачей за бортом, еще 400 заместителей главврачей, 200 бухгалтеров, 200 кассиров. Естественно, они стали писать на меня.

Три бывших министра собрали большой зал и пригласили меня. Они говорят, мы 25 лет делали реформы и потратили огромные суммы денег, а ты никому не сказал и все отменил. Я никому не сказал: ни премьер-министру, ни депутатам, ни заместителям. Если бы сказал, они бы сказали, давайте сделаем пилотный проект, посмотрим. Реформы остановились бы.

Тогда журналисты были заняты президентскими выборами, через неделю очухались и узнали, что произошло. Но было уже поздно. Писали, писали, но к этому времени результаты пошли хорошие.

Другой пример. 30 декабря 2021 года я объединил психиатрические больницы, наркологию, многие закрыл. Закрыл 13, сейчас уже 19 туберкулезных больниц, еще около 30 туберкулезных больниц я сократил. Журналисты только после 10 января начали спрашивать, как это закрыли туберкулезные больницы. Вот закрыли, ничего не случилось.

- Туда уходили большие деньги?

- Да. Например, в наркологии в 7 микрорайоне и на Дружбе были три туберкулезные больницы. За 3 года в 7 микрорайоне вылечили одного ребенка. В каждой больнице от 30 до 100 сотрудников. Зарплаты у них хорошие, есть надбавки за вредность, питание. Дошло до того, что они просили у меня больных. Сейчас в мире туберкулез лечится амбулаторно. В Бишкеке три больницы, сейчас они заполнены на 60-70%. Журналисты уже не спрашивают про туберкулезные больницы, психиатрию и наркологию.

- Так сколько вы сэкономите денег?

- В пятницу мы собираемся, и наши финансисты дадут цифры. Хотя сами посудите — с приписок мы сэкономили 1 млрд сомов. С 1 апреля мы поднимем зарплату врачей на 50%. Если журналисты не будут мне мешать, то я доведу зарплату врачей до тысячи долларов.

- Какие еще реформы ожидаются?

- Жду события, которые отвлекут журналистов (смеется). В педиатрии проблема — беременная женщина идет куда-то на осмотр. Когда наступает время родов, ей отдают бумаги и она сама идет куда-то. Сейчас такого нет, нужна преемственность. Из поликлиники идет в роддом, из роддома опять в поликлинику, к своему педиатру. Сейчас зайдете в поликлинику, беременная сидит в очереди с больными туберкулезом, с инфарктом. Их надо разделить, в первую очередь педиатров.

Раньше все это было, но потом все распродали. В детской больнице в Джале бывший директор Узакбаев продал участок, сейчас мы выиграли дело. В Оше на территории больницы построили дома. В Жети-Огузе на территории туберкулезной больницы построили 130 домов. Суд тоже выиграли. Конечно, из-за этого многим я не нравлюсь.

- Будут ли результаты расследования «черного июля»?

- Во время второй волны госпитализаций было в 10 раз больше, чем во время «черного июля», но столько людей не умерло. Проблема была в том, что при первой волне в руководстве здравоохранения не было медиков — один до этого в горах ловил сусликов, другой был статистом, не знали, где больницы. Я об этом сказал в открытую.

Комиссия Сурабалдиевой (вице-премьер) хотела посадить за «черный июль» 20 главврачей. Я сказал, что пока я министр, этого не будет, ни одного медика не осудите. Также был против выноса вопроса на обсуждение Совета безопасности. Если бы посадили 20 главврачей, все медики ушли бы. Конечно, лучше уйти, чем сидеть.

- Были еще финансовые нарушения...

- Финансовые нарушения правоохранительные органы расследуют.

- Что происходит на рынке лекарств?

- Лекарства в страну поставляют 5-6 фирм, бывшего министра, Ниязалиевой [Дамира Ниязалиева] и т.д.

- Были разговоры, что в мае-июне 2020 года третий протокол не принимали, пока фармкомпании не поставили государству антибиотики и пока их не использовали по второму протоколу…

- У меня сейчас проблема — просроченные лекарства на 5 млн долларов. Их поставили по первому протоколу. Пока туда-сюда, приняли второй протокол, куда они не вошли и их не успели использовать. В итоге виноватых нет, а лекарства висят на моей шее.

Третий протокол действительно задержали. Министр заболел коронавирусом, Каратаев уехал в командировку, у Шадыканова не было право подписи. Протокол не подписывали 1,5 месяца.

- Как сейчас проходит отбор компании для системы отслеживания лекарств?

- Там опять лоббизм, лоббируют бахрейнскую компанию. Это как просроченный сыр, который мы должны съесть от радости.

Эта компания готова сделать все бесплатно, но потом будет получать деньги с каждой коробки от производителя. В один момент производитель скажет, что Кыргызстан нам не нужен, потому что рынок маленький. Потом мы умрем. Я это доказываю и сегодня в Кабмине [25 января] будет заседание по этому вопросу. Я говорю «нет» этой компании.

- Расскажите историю про поставки ИВЛ из России…

- Из-за этого меня могут снять с работы. На «Дастан» доставили 400 ИВЛ по очень большой цене. Принесли мне и сказали «бери». Я отказался. Во время пандемии наше правительство заказало ИВЛ и Россия поставила ИВЛ, которые взрывались.

Поставки были в августе 2020 года, в октябре я стал министром и отказался брать эти ИВЛ. История тянется с того периода. Большие люди из России выходят, премьер-министр, президент говорят, чтобы я их взял. Почему я их должен брать, если они нам не нужны?

Тендер они не выиграли и теперь правительство выпустило распоряжение, что я их могу взять без тендера. Зачем мне это нужно, через месяц-два кто-то умрет и меня спросят за это…

- По какой цене пришли ИВЛ?

- Очень дорогие, один ИВЛ стоит 38 тыс. долларов США.

- Была информация, что Кыргызстан собирается взять кредит и грант у Азиатского банка развития в сумме 25 млн долларов США и купить вакцины. Зачем нам нужны еще вакцины?

- Мы отказались от планов купить вакцины. Запасов вакцин хватит на 2 года. Сейчас в холодильниках хранятся 5,5 млн доз.

- Сколько денег мы платим лаборатории «Вектор» (Новосибирск) за секвенирование штаммов коронавируса?

- За это платит Всемирная организация здравоохранения, ПРООН. Из бюджета ничего не тратится. Сумму я не знаю. В договорах стоят подписи замминистра — главного санитарного врача.

- Темпы вакцинации остаются низкими?

- Не надо считать долю вакцинированных от общего числа населения в 6,5 млн. Целевая группа — 2,4 млн, сейчас 1,3 млн получили первую дозу, 1,1 млн — вторую дозу. 70% вакцинированных есть. Поэтому мы тут сидим без масок.

- Выработался ли у нашего населения коллективный иммунитет? Скажите ваше личное мнение.

- Мы ходим на тои (праздники), потому что выработался коллективный иммунитет. Последнее исследование выявило, что 38% населения имеет антитела. После заболевания антитела действуют 6-7 месяцев. Сейчас еще переболеют штаммом омикрона. Переболевшим бессмысленно делать вакцинацию раньше этого срока. К 38% добавьте 55% вакцинированных — это больше 80%. Это уже коллективный иммунитет.

Многие задают вопрос «почему мы не заставляем вакцинироваться?». Смысла нет. Люди сейчас должны получить бустерную дозу. Каждый человек должен нести свою ответственность, если хочет жить, любить, жениться, выйти замуж, чтобы родители на свадьбе могли сказать тост.

Данный материал создавался частично на средства Программы малых грантов для выпускников обменных программ, финансируемых Правительством США. Программа малых грантов администрируется Американскими Советами по международному образованию: АСПРЯЛ/АКСЕЛС. Данный материал необязательно отражает мнение посольства США в Кыргызской Республике или Американских Советов по международному образованию.

Криминал и происшествия в Кыргызстане – в нашем Телеграм-канале @svodka_akipress

Коронавирус в Кыргызстане
Карта распространения
Комментарии
Мифы про ВИЧ и СПИД — распространенные заблуждения Каковы рекомендуемые уровни физической активности? Советы специалистов Мозг, зрение — влияние курения на организм подростка Медики назвали симптом рака, который можно услышать Тревожность: семь привычек, которые стоит изменить Медики рассказали о слепоте и нарушении зрения За 10 месяцев 34 человек пострадали от ботулизма. Профилактика
×